Мастбаум Ефим Исаакович

Ефим Исаакович Мастбаум (1902–1973) пришёл в Отдел главного конструктора МЗМА в 1946 году, когда готовили выпуск «Москвича». Журнал «Автолегенды СССР» называет его первым работником завода, профессионально занимавшимся дизайном «Москвичей» (№ 149, с. 14), а выпуск о «Москвиче-2734» — старейшим профессиональным художником-конструктором завода и великолепным скульптором (№ 137, с. 5).

Его первая работа выросла из затеи главного инженера В. Ф. Гарбузова. В Германии по его инициативе сделали прототип «Москвича» с изменёнными передком и задком, названный «Сержант», а Мастбауму поручили построить по тем же мотивам свой макет из дерева и пластилина. Так появился первый образец с модернизированной внешностью М-400/424; его облицовку на заводе в шутку прозвали «зубами Мастбаума». Гарбузов добился поддержки проекта в министерстве, и в 1948–1949 годах Мастбаум создал четыре варианта капотов, облицовок, бамперов и багажников для «Москвичей» 400/424 и 401/423 — первую самостоятельную дизайнерскую работу на МЗМА (№ 149, с. 14).

Следующая задача была серьёзнее: форма первого полностью оригинального кузова, будущего «Москвича-402», рождалась долго и трудно. Мастбаум построил шесть вариантов макетов в масштабе 1:4 и два в натуральную величину. Новый главный конструктор Александр Андронов уделял этому особое внимание, иногда лично руководил художниками, и из их совместных поисков родился серийный М-402 — изящный, хорошо пропорциональный, не скопированный ни с какого образца. Позже Мастбаум руководил капитальной переработкой итальянского ПАТ-600 в «Москвич-444» и своими макетами изменил будущую «запорожскую» форму кузова по сравнению с итальянской (№ 149, с. 14–15).

В 1960-х годах работа в КБ кузовов шла «на поток»: в пластилине строили макеты вариантов «Москвича-408», универсалов и фургонов на его базе, затем «модели 1969 года» и «автомобиля 1973–1975 годов», первого «Москвича-2141» с индексом «3-5-1». Выпуск № 57 (с. 3) рассказывает о втором туре конкурса на облик «Москвича-408», где состязались две группы заводских художников: молодой дизайнер Борис Иванов предлагал более яркие и острые решения, а более опытный Мастбаум с коллегами — более скромные, но удобные для массового производства. Седан утвердили в варианте Иванова, а универсал — в версии Мастбаума (его группа, как пишет № 92, с. 3, легче превращалась в фургон). В 1962 году он блестяще решил непростую задачу: боковины фургона М-433 сделал гофрированными — с тонкими рёбрами, как у стиральной доски, — и из утилитарной грузовой модели получился красивый автомобиль. В 1968–1969 годах в скульптурной мастерской под его руководством построили первый натурный макет «Москвича-2141» (3-5-1) (№ 149, с. 15); о мастерской под руководством Мастбаума, строившей в середине 1960-х полноразмерные поисковые макеты на смену «Москвичу-408», пишет и выпуск № 80 (с. 3).

Ефим Исаакович щедро делился опытом с молодыми художниками-конструкторами, из которых Андронов сформировал профессиональный дизайнерский коллектив. Одним из них был Великхан Арутюнян: в 1966 году он начинал под руководством старших дизайнеров — Б. С. Иванова, М. А. Елбаева, И. А. Шехтера, Мастбаума и других (№ 242, с. 14). Мастбаум совсем немного не дожил до того, как дизайнеров ОГК АЗЛК выделили в самостоятельное художественно-конструкторское бюро.