ФАИ

ФАИ — лёгкий башенный бронеавтомобиль, который конструкторы Ижорского завода разработали в 1932 году. Название расшифровывается просто: «Форд-А» Ижорский.

Базой и вправду было шасси «Форд-А», сборку которого вели на заводе «Гудок Октября» в Канавине. Новая компоновка заметно подняла машину — высота дошла до 2240 мм, — и масса выросла до двух тонн, зато боевые качества и удобство работы экипажа стали куда лучше, чем у предшественников.

Производство началось в 1933 году на Ижорском заводе в Ленинграде, затем его передали на Выксинский завод дробильно-размольного оборудования, где оно шло до 1936 года. Всего выпустили 676 броневиков, причём с 1934 года базой служило уже отечественное шасси ГАЗ-А.

Экипаж состоял из двух человек. Компоновочную схему ФАИ в общих чертах повторил следующий и самый массовый довоенный лёгкий броневик — БА-20.

Устройство

Вооружение — 7,62-мм пулемёт ДТ в шаровой установке передней стенки башни, боекомплект 1323 патрона.

Корпус сварной, из катаных листов толщиной 3, 4 и 6 мм; стенки башни — 6 мм. Экипаж садился через бортовые двери. Наблюдали через смотровые лючки, которые в бою закрывались броневыми крышками со смотровыми щелями. В крыше башни был люк с откидной куполообразной крышкой — вне боя смотрели и через него.

Сорокасильный двигатель давал до 80 км/ч по шоссе при запасе хода 200 км.

Два железнодорожных хода, не один

Тут в популярных пересказах часто путаются, поэтому по порядку.

Первый вариант выпустил в 1933 году сам Ижорский завод: поверх обычных автомобильных покрышек надевались металлические бандажи с ребордами. На рельсах броневик легко разгонялся до 86 км/ч. Недостатки были существенные — бандажи ставились около получаса, а задним ходом машина не могла идти быстрее 24 км/ч.

Второй разработали в декабре 1934 года в КБ завода № 1 МОЖЕРЕЗ под руководством Н. Г. Орлова.

Орлов, таким образом, конструктор железнодорожного хода, а не самого броневика: ФАИ спроектировали двумя годами раньше и на другом заводе.

В войсках

ФАИ поступали на вооружение танковых частей Красной Армии. На 25 марта 1936 года в семи из тринадцати военных округов насчитывалось 574 таких броневика: больше всего в Киевском (129), Белорусском (113) и Забайкальском.

Испания

Боевое крещение машина получила там. Советские танки и броневики начали массово прибывать в Испанию с начала декабря 1936 года и почти сразу шли в бой. 20 декабря танковую роту под командованием П. Цаплина — девять Т-26 и шесть ФАИ — перебросили на Арагонский фронт в кузовах специально оборудованных тяжёлых грузовиков, чтобы поддержать операцию по ликвидации Теруэльского выступа.

27 декабря рота пошла в атаку. Броневики следовали за танками по дороге, ведя огонь вправо и влево по огневым точкам мятежников. Противник сопротивлялся яростно, забрасывая танки бутылками с бензином и стреляя из противотанковых пушек. За шесть последующих дней рота ходила в атаку ещё несколько раз — без успеха. В этих боях потеряли четыре Т-26 и один ФАИ.

Всего за годы гражданской войны в Испании СССР поставил республиканцам 33 броневика ФАИ.

Халхин-Гол и дальше

На Халхин-Голе машины использовали и советские, и монгольские части. Первые пятнадцать ФАИ отправили в Монголию ещё в 1936 году; к весне 1939-го в Монгольской народно-революционной армии было восемь кавалерийских дивизий, и каждой по штату полагалось девять ФАИ — но укомплектованы были не все, так что точного числа Барятинский не называет. В частях 1-й армейской группы Красной Армии на 20 июля 1939 года числилось 80 таких броневиков, и они активно участвовали в уничтожении японской группировки.

Были ФАИ и в «освободительном походе» в Западную Украину и Западную Белоруссию, и в советско-финской войне.

Перегруженное шасси

Главная беда лёгких броневиков вообще и ФАИ в частности проста: стремление усилить броню и вооружение неизбежно поднимало боевую массу, а стандартное легковое шасси такой нагрузки не держало. У ФАИ она превосходила номинальную примерно на сорок процентов.

Отсюда и результат: на грунтовых дорогах, особенно весной и осенью, проходимость была довольно низкой, а на пересечённой местности отсутствовала вовсе.

ГАЗ-ТК: попытка решить это третьей осью

В 1934 году на Горьковском автозаводе спроектировали трёхосный ГАЗ-ТК — самоходное шасси под 76-мм динамо-реактивную пушку конструкции Л. В. Курчевского (ТК — «трёхосный Курчевского»). По сути это был всё тот же ГАЗ-А, но к удлинённой раме на поперечной рессоре подвесили третью ведущую ось, а в главной передаче поставили конические шестерни с большим передаточным числом — ради тяги при слабом сорокасильном моторе.

В 1935 году Коломенский завод поставил на это шасси удлинённый корпус ФАИ. При том же вооружении и броне боевое отделение стало просторнее: туда влезли радиостанция и третий член экипажа — радист. Проходимость заметно выросла, преодолеваемый подъём дошёл до 22°.

Но боевая масса поднялась до 2,62 тонны, и скорость упала до 63 км/ч. Удельное давление вышло отличное — всего 1,8 кгс/см², — однако маломощный двигатель и ненадёжная ходовая часть не дали довести динамику до нужного уровня.

ФАИ-М: корпус переезжает на «эмку»

К 1939 году большая часть ФАИ в войсках была сильно изношена, а запчастей не хватало: ГАЗ-А сняли с производства ещё в 1935-м. Выход нашли простой — переставить броневой корпус на шасси ГАЗ-М1. Впервые это проделали на рембазе № 6 в 1938 году.

С ноября 1938-го по январь 1939-го такая машина под обозначением ФАИ-М испытывалась на НИИБТПолигоне в Кубинке. Переднюю ось шасси М-1 усилили накладками; рама «эмки» оказалась заметно длиннее корпуса ФАИ, поэтому её заднюю часть и бензобак забронировали дополнительными листами, приваренными к кормовому листу. Отсюда характерный «хвост» — броневой кожух над рамой, на кронштейне которого возили запасное колесо. По нему ФАИ-М и отличают, а ещё по куполообразным выштамповкам над головами водителя и командира, колёсам от «эмки» и вертикальным нижним боковым листам.

На испытаниях машина прошла 3180 км по шоссе и просёлку. Боевая масса выросла до 2,28 тонны, но благодаря более мощному мотору динамика даже улучшилась: 83,1 км/ч по асфальту.

Заключение комиссии:

Модернизация ФАИ путём постановки корпуса на шасси М-1 делает его по своим динамическим качествам равноценным с БА-20. Однако применение ФАИ-М будет ограничено ввиду наличия неполноценного бронирования. Корпус по конструкции и качеству уступает БА-20.

Требовалось усилить передний мост, герметизировать корпус от жидких отравляющих веществ и добавить бензобак для запаса хода — и только после этого принимать ФАИ-М как дополнительный тип к основному БА-20. Внесли ли всё это, неизвестно, но со второй половины 1939 года работы по модернизации на рембазах Наркомата обороны начались. Сколько корпусов переставили, выяснить не удалось; точно известно только, что переделали далеко не все.

Конец

К началу Великой Отечественной в частях Красной Армии числилось 376 ФАИ и ФАИ-М — в документах того времени их чётко не разделяли. На 22 июня 1941 года небольшое число машин было в 34-й танковой дивизии (8-й мехкорпус), 24-й (10-й мехкорпус), 17-й (5-й мехкорпус) и некоторых других частях.

Практически все они погибли в первые месяцы войны, хотя отдельные броневики встречаются в списках танковых частей ещё весной и летом 1942 года.

Летом и осенью 1941-го несколько машин досталось финнам. Те использовали их преимущественно в полицейских и учебных частях — и ФАИ-М прослужили в финской армии до 1950 года.