Руссо-Балт К 12/20

«Руссо-Балт» К 12/20 — малая легковая модель Русско-Балтийского вагонного завода, выпускавшаяся в Риге в 1910–1914 годах параллельно с большой серией С. Серия К разошлась тиражом 141 автомобиль, вдвое меньшим, чем у старшей модели, но именно ей досталась главная роль в истории марки: единственный сохранившийся до наших дней «Руссо-Балт» — это К 12/20 1911 года выпуска с шасси № 73, стоящий в московском Политехническом музее.

История создания

Автомобильный отдел РБВЗ начал с большой машины С 24/30, а годом позже добавил к ней уменьшенную и более дешёвую модель — обычная практика европейских фирм, у которых рижский завод учился. Конструкцию, как и всей ранней продукции отдела, вёл швейцарец Жюльен Поттера, пришедший с бельгийской фирмы Fondu. Модель К стоила от 5500 рублей против 7800 за модель С, но и это было дороже, чем просили за Renault или Opel (около 5000 рублей). Внутри серии сменяли друг друга варианты К 12/15, К 12/20, К 12/24 и К 12/30 — первое число индекса означало расчётную мощность, второе — максимальную.

Среди покупателей были люди заметные. Великая княжна Мария Павловна ездила на К 12/20 с кузовом «ландо» (шасси № 4 второй серии); в 1910 году машину этой модели с номером 217 и кузовом «ландоле» купили для императорского гаража — вместе с большим С 24/40. Шасси № 73 заказала Офицерская воздухоплавательная школа в Гатчине.

Конструкция

Двигатель четырёхцилиндровый, четырёхтактный, с цилиндрами 80 × 110 мм и рабочим объёмом 2211 см³ — почти вдвое меньше, чем у серии С. Наибольшую мощность 20 л. с. он развивал при 1600 об/мин; карбюратор был собственной заводской конструкции. Сцепление — сухое конусное, коробка передач трёхступенчатая с задним ходом, привод на задние колёса. База 2855 мм, длина 3557 мм, ширина 1512 мм, колея 1260 мм, дорожный просвет 225 мм. Колёса деревянные, артиллерийского типа, с пневматическими шинами размером 810 × 100 мм. Кузова, как и на большой модели, ставили разные: открытые «дубль-фаэтон» и закрытые «лимузин» и «ландоле». Машина в музее несёт четырёхместный открытый кузов с полотняным верхом; рычаги коробки передач и тормоза у неё вынесены наружу, на правый борт, как было принято до Первой мировой.

Эксплуатация и наследие

Сохранившийся автомобиль после Гатчины прожил долгую жизнь. В 1929 году его купил механик по котлам отопления А. А. Орлов из Кимр и ездил на нём, пока хватало покрышек, — до 1939 года. Зимой в военные годы из блока не слили воду, и блок цилиндров потрескался: Википедия относит это к зиме 1942/43 года, «Наука и жизнь» — к зиме 1941/42. Негодную машину завалили хламом в дровяном сарае. В 1966 году владелец предложил её киностудии имени Горького, через три дня об этом узнали в Политехническом музее; музей выкупил автомобиль у студии, в 1967 году его отреставрировали в НАМИ — перебрали двигатель, заново изготовили множество деталей — и машина пришла в музей своим ходом. Позже она стояла в экспозиции на Новой площади, а после закрытия здания на реконструкцию переехала в открытое хранение музея в технополисе «Москва».

Интересные факты

• Шасси № 73 — единственный комплектный «Руссо-Балт» в мире. Пожарная Д 24/40 в Рижском мотормузее собрана вокруг немногих подлинных фрагментов, а ни одной машины Пузырёва, «Лесснера» или рижской серии С не сохранилось вовсе.
• Музей узнал о машине с опозданием всего в три дня: владелец уже предложил её киностудии, и Политехническому пришлось выкупать автомобиль у студии.
• Единственный «Руссо-Балт» уцелел благодаря поломке: машины, остававшиеся на ходу, износили до конца и списали, а эта сорок лет простояла в сарае под хламом.